Руководитель клиники «Клазко» — о том, как выбрать врача и методику

Фото: пресс-служба

Этери Крихели, основавшая клинику эстетической медицины «Клазко» в 1997 году, пользуется репутацией одного из самых влиятельных руководителей в индустрии. «РБК Стиль» она рассказала о подборе специалистов и о том, почему пациент — это больше, чем клиент

Этери Крихели — идеолог и основатель первой национальной премии «Золотой ланцет» среди пластических хирургов и врачей-косметологов. Эта премия задает стандарты эстетической медицины в России. В своей собственной клинике красоты Крихели первой в России разработала программы таким образом, чтобы пациент во время первого же визита был направлен на все анализы и прошел самую широкую диагностику. Также она первой заговорила о важности консилиумов врачей перед любым хирургическим вмешательством, вне зависимости от сложности эстетической коррекции.

Клиника «Клазко» одна из старейших в России. Расскажите, как вы собирали команду врачей с самого ее основания.

Изначально команда состояла из двух человек — меня и моей институтской подруги Нино Пилия. В 1997 году мы сняли кабинет в салоне и вдвоем работали на первом в России аппарате для лазерной эпиляции. А уже через полгода, арендовав помещение побольше, мы начали строить клинику эстетической медицины. Закупили новое оборудование, в том числе лазеры, и стали привлекать специалистов. Я была новичком на рынке, индустрии как таковой еще не было. Все только начинало формироваться. В стране было всего два института — Институт красоты на Арбате и НИИ пластической хирургии и косметологии на Ольховке — и буквально две-три частные клиники пластической хирургии. Поскольку я мало кого знала, первых специалистов привлекала по рекомендации. Сначала это был хирург, который оперировал мою подругу, а за ним подтянулась команда. На ресепшн первое время я сидела сама — была и администратором, и директором, и даже горничной иногда.

А как расширяли команду?

Когда я разобралась во многих вопросах, стала ездить на встречи, конференции, форумы, различные мероприятия для специалистов. Присматривалась к новым людям. Мы постоянно расширяли спектр услуг, приглашая новых специалистов, но где-то до 2005 года наша команда продолжала оставаться небольшой. Правда, это была очень сплоченная команда, как одна большая семья. Я больше времени проводила в клинике, чем дома. Строила бизнес, который сейчас дает плоды. Через какое-то время специалисты стали сами подтягиваться.

Что их притянуло в «Клазко»?

В 90-х годах появилось понятие евроремонт. Все, что отличалось от советских квартир, называлось евроремонтом. Можно сказать, что мы в клинике «Клазко» предлагали евроремонт. Это был конец 90-х, и мы отличались даже тем, как совершенно по-другому выглядела клиника. Взять хотя бы оснащение операционной. Несмотря на то что многие специалисты работали в институтах красоты и пластической хирургии, таких операционных, как у нас, они не видели. Операционная была оснащена по последнему слову техники, и у нас стояло новейшее анестезиологическое оборудование. И, конечно же, новое лазерное оборудование, хотя оно было больше косметологическим. Вообще, изначально мы больше занимались косметологией, чем пластической хирургией.

В 2006 году вы учредили премию в области эстетической медицины «Золотой ланцет». Как появилась идея премии?

Прежде всего нам захотелось придать вес тому, что мы делаем. Ведь до нас пластических хирургов и косметологов сравнивали чуть ли не с цирюльниками. Их всех называли мастерами-косметологами, в том числе и пластических хирургов. Хотелось показать, что это настоящая медицина, и в ней работают серьезные люди, которые делают серьезное дело.

А сегодня быть пластическим хирургом или врачом-косметологом — это престижно.

Да, и тогда к этому стремились многие медицинские работники, но все равно люди со стороны не понимали серьезность этого направления, этих специальностей. Многие даже приходили с вызовом: моя подруга в Швейцарии сделала вот это, а вы скорее всего сделать не сможете. И тогда мы объясняли, что мы тоже это делаем, и делаем даже лучше. В общем, приходилось не только преодолевать барьеры в бизнесе, но и заниматься своеобразным ликбезом, чтобы пациенты оценили наш высокий уровень.

Фото: пресс-служба

В 2022 году клинике исполняется 25 лет. Как поменялся коллектив с тех пор? Помнится в начале двухтысячных в Москву приезжали пластические хирурги с мировыми именами, например, Патрик Малуччи.

Мы особо никогда не увлекались приглашением иностранных звезд. Потому что я поняла, что это нарушает закон: в России долгое время это вообще не было регламентировано, и у нас в стране мог работать кто угодно. Я понимала, что иностранные специалисты работают на птичьих правах, потому что у них нет ни российского, ни советского образования. Они тут вообще никто и завтра они могут уехать, а их пациенты останутся с нами, довольные и не очень. Я видела это в других клиниках у коллег. К тому же я понимала, что привлечь каких-то зарубежных хирургов значит дискредитировать своих, которые работают у меня постоянно. Этого я не могла допустить. Я и сейчас считаю, что наши специалисты ничуть не хуже, а даже лучше. В то время, представьте себе, доктор из Голливуда мог делать пять, шесть, от силы десять операций в месяц по $100 тыс. А в Институте красоты в советское время один хирург мог делать только отопластик 50 в месяц (отопластика — пластическая операция по изменению ушных раковин. — «РБК Стиль»). И это не считая другие операции. То есть у наших был поток и рука была набита лучше, чем у голливудских хирургов. И наши врачи, конечно же, лучше разбирались в нуждах наших пациентов. Но пациенты это не сразу поняли — они еще долго ездили в Голливуд, Швейцарию, Германию. Понимание, что отечественная эстетическая медицина не то что догнала, но даже перегнала западную, пришло только со временем.

Как привлекаете в коллектив лучших специалистов?

Сейчас уже не приходится привлекать, они сами идут, потому что клиника известная, у нее хорошая репутация. И многие даже считают честью для себя работать в «Клазко», стать членом нашей команды.

Почему в пластической хирургии не работает постулат «клиент всегда прав»?

Потому что у нас нет клиента, у нас есть пациент.

Пока человек присматривается к клинике, ко врачу, он еще клиент. Вопрос в том, когда он становится пациентом — с момента, когда он зашел в клинику?

На ресепшне он, может быть, еще и клиент, которому в том числе и продают услуги, не без этого. Но во время диалога с доктором он сразу же становится пациентом. К тому же сегодня пациент стал ценить высокое качество, он готов подстраиваться и дождаться своего времени, своего врача. Хорошего врача ждут месяцами. Раньше, когда в назначенный день операции мы отказывали пациенту в этой операции, потому что нам не понравились анализы или данные обследования, пациент закатывал истерики из серии: «Я плачу столько денег, взял отпуск, сделайте мне!» Словно он пришел волосы подстричь. Теперь пациенты с благодарностью понимают, что мы заботимся о них. Если нам не нравятся анализы, пульс или результаты ЭКГ, мы не будем делать операцию.

Хорошего врача ждут месяцами.

Расскажите о процедурах, которые не оправданы сегодня.

Технологии редко уходят насовсем, они просто видоизменяются. Конечно, технологии прогрессируют. Поменялся подход. Например, я буквально через год работы в клинике сказала, что мы не убираем носогубные складки. Нет такого понятия — убрать носогубные складки или носогубки, как говорят некоторые специалисты. Потому что убрать носогубные складки — это не сделать лицо лучше. Надо устранить те причины, которые образуют носогубные складки. А просто заполнить их значит изуродовать лицо. Естественно, ушло такое понятие, как биополимерный гель. Однако все устаревшее перечислять нет смысла. Практически для всего есть новые альтернативы.

Вы согласны с тем, что новые виды аппаратов и косметических препаратов отбирают у хирургов все больше и больше пациентов?

Во многом так и есть. То, что называлось раньше «круговой подтяжкой», делают сейчас все меньше и меньше женщин, безусловно. Потому что есть другие косметологические процедуры, которые, может, и не стали альтернативой, но очень и очень сильно отдаляют тот момент, когда надо прибегать к пластической хирургии. Но у пластических хирургов все равно будет много работы, потому что есть не только возрастные изменения, но и врожденные, генетические особенности, которые внешне могут не устраивать пациента. Вот этим занимаются и всегда будут заниматься пластические хирурги.

Ходят слухи, что в клинику «Клазко» часто приходят переделывать неудачные операции. Что чаще всего исправляют?

Приходят за совершенно разными исправлениями. Конечно, я знаю докторов, которые жалуются, что к ним только и приходят переделывать. Сейчас масса модных так называемых инстаграмных докторов и пластических хирургов. И у них много пациентов, запись на несколько месяцев вперед. А опытные, с большим стажем хирурги переделывают потом за ними их работу. Опытные не так популярны в инстаграме.

Фото: пресс-служба

На какие процедуры вы делаете ставку сегодня?

Я делаю ставку на мультидисциплинарность нашей клиники, разносторонний подход и расширение спектра услуг, а не на процедуры. Ставку надо делать на подход к пациенту. Именно в этом кроется причина нашего успеха. Как-то в 1998 году многие клиники устраивали так называемые ботокс-пати — собирали по несколько пациентов, чтобы не выливать ботокс, поскольку его нельзя хранить открытым. Но я тогда решила, что для каждого пациента будет открываться новый флакон и даже если препарата требуется совсем немного, остатки мы будем выливать. Пусть это в убыток, но мы не откажем пациенту по той причине, что ему требуется совсем чуть-чуть препарата. Буквально через несколько месяцев мы вышли в лидеры по продажам ботокса. Это хорошая иллюстрация того, насколько важен подход к пациенту.

Как изменились запросы пациентов за время пандемии? На ваш взгляд, куда движется индустрия?

Во-первых, надо сказать, что в пандемию, особенно в карантин, мы очень хорошо работали, у нас появилось время для расширения, мы внедрили новые направления — флебологию, ортопедию, гинекологию, эндокринологию. Во-вторых, у пациентов появилось масса времени, чтобы ухаживать за собой, многие до сих пор работают удаленно. И в новой реальности мы столкнулись с неизвестными ранее побочными явлениями у постковидных пациентов.

Складывается впечатление, что пандемия не только не убила бизнес красоты, как многие предрекали, но и наоборот, позволила появиться новым игрокам на рынке. Что вы думаете по этому поводу?

Сейчас конкуренция очень высока. При этом несмотря на то, что ужесточились лицензионные требования, и вообще требования к открытию клиник пластической хирургии, некоторые новые игроки приспособились, нашли выходы, открылись в пандемию и продолжают открываться. Это вовсе не гиганты, это небольшие клиники. Более того, сейчас есть и так называемые арендные клиники, которые просто сдают операционные в аренду. Оснащение и оборудование у них оставляет желать лучшего. Врачам, арендующим такие кабинеты и операционные, самим приходится докупать все необходимое для работы. Я считаю, что сегодня пациентам стоит быть предельно аккуратными в выборе клиники и врача в том числе и по этим причинам.

А как не ошибиться и не попасть в руки к непрофессионалам?

Доверять свою внешность только тем, кто может предоставить ответы на все ваши вопросы о красоте. Например, концепция «Клазко» — это комплексный подход к пациенту. Я бы очень не хотела, чтобы мы занимались только увеличением губ или скул. Такие манипуляции сами по себе могут обезобразить лицо. К сожалению, много надомных специалистов завлекают к себе этими процедурами неопытных пациентов. Мы в «Клазко» верим в то, что даем пациенту уверенность в себе и возможность проявить себя в лучшем качестве. С нашей точки зрения, безупречная внешность — это кожа без изъянов, без малейших признаков старения или с минимальными признаками старения. Поэтому мы занимаемся улучшением внешности от головы до пят: у нас в команде работают трихологи, которые улучшают структуру волос, ортопеды, которые исправляют дефекты ступни, флебологи, которые следят за тем, чтобы ноги не были отечными и не были покрыты венозной сеткой. Мы следим за гормональным фоном пациентов, для этого у нас работают эндокринологи и гинекологи. Все наши методики прежде всего направлены на здоровье, а красота достигается как следствие. Мы сейчас открываем и стоматологию, потому что здоровая внешность немыслима без здоровых зубов, правильного прикуса и красивой улыбки. Нам важны долгосрочные и доверительные отношения с нашими пациентами. Сегодня «Клазко» — гарантия качества и безупречного результата на пути к лучшей версии себя.



Пластическая хирургия


Интервью

Источник: rbc.ru

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Руководитель клиники «Клазко» — о том, как выбрать врача и методику